Сватовство по сценарию
 
Рассказ
     
    Суббота, девять утра. Сидим с женой на кухне - я пью чай, она чистит картошку. Жена врач, ей сорок один год, по мнению  коллег - «женщина с инициативой», а по-моему - «баба с придурью», кому как больше нравится.
    Мне сорок три, правдами-неправдами создал небольшой автосервис - на хлеб хватает. Мои клиенты говорят: «мужик с юморком», жена - «дурной как пробка!» Тоже, кому как нравится.
    Сидим на кухне и обсуждаем ЧП:  сын-студент, которого жена считает нашим будущим, а я тюхой-пантюхой, не ночевал дома. Все его сверстники уже не с одним десятком девок передружили, а наш три года с одной встречается - ну, не тюха ли? Моя Любовь Егоровна близка к истерике:
    - Коль, я уже не знаю, что и думать... Может, в милицию позвонить, или в морг, а? Сердцем чувствую - что-то случилось...  Где это видано - не ночевать дома???
    Успокаиваю:
    - Не паникуй! Мало ли что? Ну,  загулял с друзьями, выпили, девочки, то, сё, вот и не позвонил... С кем не бывает?
    - Ты с ума сошел! Как это «загулял»? Тем более с девочками! И думать не смей о таких глупостях!!! Я знаю, что сыновья часто наследуют пристрастия своих отцов, но не до такой же степени!? Это лишь у тебя до сих пор одно на уме - девки! И куда только мои глаза смотрели?
 
    Минут двадцать жена знакомила меня с тем, куда смотрели ее глаза двадцать три года назад. Из ее слов выходило, что, выходя за меня замуж, она была совершенно слепой, глухой, немой и дурой!!! Прервав ее на слове «дурой», в дверь ввалился сын со своей зазнобой и скороговоркой выпалил:
    - Мам, пап, мы со Светкой решили пожениться! Вчера подали заявление, свадьба через месяц! Вечером говорили по телефону с ее родителями - они не против, но поставили условие, чтобы вы приехали к ним свататься! В деревне так положено!
    - Ну, слава богу, наконец-то! А то мы уж с отцом решили, что вас машина сбила! - обрадовалась жена, совершенно не вникая в смысл сказанного Сергеем.
    Я подумал: «Дурень ты, дурень! С такой внешностью мог бы и не спешить!»  Вслух:
    - Надо полагать, через девять месяцев у нас будет внук. Угадал?
    - Ты в своем уме? У Сережи на носу защита, а Светлане еще год
учиться! - В словах жены материнской логики было больше, чем женской.
    - Мам, как ни странно, но папа прав! Только не через девять
месяцев, а через семь с половиной! Вот! - Уточнил сын
    - Вы с ума сошли... - жена осела мимо стула.
 
                                                         * * *
 
    Время заполночь. Не спим, обсуждаем новость. Интересуюсь у жены:
    - Люб, а ты умеешь свататься?
    - Откуда? Я где-то читала, что при этом надо платить выкуп и петь какие-то песни, по-моему, из фольклора...
    - Не  думаю....  Это у нерусских выкуп, а у нас бесплатно отдают, бери - не хочу! Сделаем так: завтра я дам объявление в бегущую строку по местному телевидению - мол, так и так, требуется человек, знающий обычаи русского народного сватовства. Посмотрим, может быть, кто и откликнется.
 
    За два дня поступило около полусотни предложений, из которых нас заинтересовали всего три.
    Первое - несколько молодых парней предлагали провести прикольную свадьбу  на природе. Сине-зеленый цвет волос «приколистов» насторожил жену, и мы от их услуг отказались.
    Второе - некая фирма на условиях стопроцентной предоплаты предлагала  организовать бракосочетание в самых шикарных ресторанах Адриатического побережья. Не сказать, что этот вариант нам был не по карману, но все же я посчитал его слишком дорогим.
    И, наконец, третий вариант, на котором мы остановились, был самым  приемлемым. Симпатичная мадам и грозного вида грузин предложили провести сватовство по утвержденному сценарию. Их сценарий состоял из двух частей: первая - официальная,  вторая -  культурная, которая включала в себя лучшие  традиции русского народного творчества. Моё сомнение в целесообразности  присутствия на сватовстве грузина было развеяно заверением симпатичной  мадам в том, что ни одно мероприятие в русской деревне не обходится без  тостов. А лучше грузина тост не скажет ни одна живая душа на свете! Мадам объяснила, что без  грузина обойтись можно, если, конечно, никто не собирается выпить даже по рюмке, но тогда тамошний народ подумает, что мы идиоты, жлобы,  жмоты,  и вообще нелюди...
    Ни я, ни жена, нелюдями быть не хотели.
 
                                                        ******
 
    Созвонились с родителями Светланы и назначили день сватовства.
Путь нам предстоял неблизкий: два часа на самолете и шестьдесят километров  на чем придется.  Дети уехали во вторник, а мы с женой и «сценаристами» вылетели в субботу  утром, затемно. Жена собрала три чемодана вещей «на всякий случай». Случаи, по ее мнению, могли быть самыми разными - от захвата самолета террористами до землетрясения в деревне Алексеевка, где и проживали Светины родители. Вчера наши массовики-затейники проводили у «новых русских» крестины, поэтому всю дорогу спали. Их места были сзади нас, запах перегара чувствовался вполне узнаваемо. Перед вылетом, в аэропорту, я купил книжку  - лучше бы не покупал! Она была о загробной жизни и называлась «Книга мертвых». Оказывается, после смерти люди попадают в черный тоннель,  двигаясь по которому, можно выйти к свету. По мнению авторов, в конце тоннеля всех ждет Божья Матерь - к ней умершие должны обратиться с  приветствием. В общем, книжка мне не понравилась - после ее прочтения и жить не хотелось, и умирать было страшно.  Жена изредка прерывала мое чтение тем, что рисовала ужасные картинки деревенского быта:
    - Ты знаешь, я слышала, что в деревнях столько навоза, что в туфлях не везде и пройдешь! Я взяла на всякий случай сапожки. Света рассказывала, что в их колхозе корова в навозе утонула. Представляешь?
    - Не представляю... Кстати, а кем ее родители работают?
    - Ну, кем в деревне можно работать? Света говорила, что мама доярка, а отец то ли шофер, то ли слесарь, даже не знаю. К ним лишь в прошлом году газ провели, представляешь? Ужас!!!
 
    Проснувшись, грузин дохнул на нас смесью вчерашней водки с табаком и спросил:
    - Кто такой этот Света?
    Выслушав объяснение жены, он шокировал ее признанием:
    - Клянусь мамой, я его зарэжу!
    Интуитивно почувствовав неладное, жена шепотом предложила мне от   услуг грузина отказаться. Но было поздно - самолеты по требованию пассажиров не останавливаются.
 
    Приземлились. Настроение было не ахти - стояла южная духота, а тут еще эта книжка...  Автобусы, ввиду отсутствия бензина, в Алексеевку не ходили, пришлось нанять таксиста-частника. Когда выехали за город, грузин до смерти напугал жену и водителя клятвой:
    - Если заглохнет - клянусь мамой, я его зарэжу!
    Автомобильчик, по виду ровесник своего седого хозяина - скрипел, стонал и кашлял, но все же двигался. Водитель рассказал, что едем мы по дороге, которая когда-то называлась «Чумацким шляхом». Тема навоза жену не покидала:
    - Вроде как навозом попахивает, не находите?
    Водитель находил:
    - Это потому навозом пахнет, что им поля удобряют: не будь навоза - не видать урожая!
 
*******
    Междуречье Днепра и Дона. Места степные, ковыльные, на первый взгляд красотой неброские. Мне казалось, что когда-то я уже здесь был! Но когда? В детстве? В прошлой жизни? В будущей?
    А какие названия деревень встречались: «Родники», «Ново-Спасовка», «Гуляйполе», «Чумакколодезь», «Лысогорочка». Где-то здесь напевно-вопросительное украинское «Та вы шо?», смешиваясь с русским «О!», превращается в интернациональное «Тю!» Этим «тю» каждый из здесьживущих может выразить абсолютно любое состояние своей души:
    - Слыхали? Вчора Кащукова Валька дивчину родыла.
    - Тю! Кащук же сына хотив! Вин Вальку убье...
    Или:
    - Милицынэр у пьяного Гнатюка права на машину забрав...
    - Тю! Милиция совсем обнаглела...
 
    В магазине:
    - Зойка, ты позавчора продала моему Валерке вонючую колбасу.
    - Тю на вас, Петровна! У меня сроду не было вонючей колбасы. Наверно, она протухла, пока ваш Валерка ее до дому нёс.
 
    Или ночью, шепотом, на лавочке:
    - Сань, ты мне весь лифчик вымажешь. У тебя руки в мазуте.
    - Тю! Я их сёдня два раза мыл!
 
*******
 
    Подъезжали. Навоза на дороге не было.
    - Может быть, во дворе? - выразила надежду жена.
 
    Дом наших будущих родственников нашли быстро - Стеганковых тут знали все. Приличных размеров дом, зеленые ворота, рядом небольшой, почти игрушечный гараж - похоже, для мотоцикла.
Встречали нас торжественно, с хлебом-солью. Процедура сватовства, как такового, заняла не более пятнадцати минут. Наша затейница торжественно поведала о том, что у нас есть купец, а у Светиных родителей товар, что этот товар надо посмотреть и прицениться. Моя жена всплакнула, Светина мама тоже. Потом долго и громко пел грузин на своем языке, пел без музыкального сопровождения - присутствующий гармонист не мог подобрать мелодию. Присутствующие сельчане слушали пение грузина недыша, боясь пошевелиться -  так слушают проповедника в церкви люди, впервые переступившие порго храма.
После того, как грузин закончил петь,  нас пригласили в дом.
 
    Познакомились. Светин папа, Василий Семенович - тракторист-комбайнер, мама представилась, как «оператор машинного доения, Стеганкова Мария Степановна». Василий Семенович  предложил немного посидеть, выпить по рюмке-другой за встречу и познакомиться поближе. Меня приятно удивило количество накрытых столов - в самой большой комнате они стояли буквой «П».
    - Зачем столько? - испуганно спросила жена. - Или это уже свадьба?
    - Нет, свадьба через месяц, а столы просто так, на всякий случай,  - смутилась Мария Степановна. - Может, кто зайдет, да и вообще, мало ли что...
 
    Я прикинул количество мест за столами и понял, что «на всякий случай» должно было зайти человек пятьдесят! По первой рюмке выпили узким кругом: мы, дети, сватовья и наши массовики. Грузин сразу же налил по второй и предложил тост. Он долго говорил про горы, про умных и гордых птиц, про их глупых детенышей, и закончил словами о том, что все, кто желает счастья этому дому, должны выпить до дна! Счастья желали все! Чтобы хозяева не сомневались, выпили три раза подряд. В голове зашумело.
 
    Охи и ахи сказаны, гостинцы вручены, нас накормили и с дороги отдохнуть уложили. Пока мы отдыхали, по соседям слух прошел:
    - До Васыля сваты прыехали, ихнюю девку сватать! Сват - куда там к бису! Вылитый прохфессор! Сваха тоже, видать, важна птыця - на районну завмагшу похожа. Стеганкам кучу подарков навезли: Ваське бритву электрическу и галстук, а Марии плаття як у Хакамады  по телевизору и духи с запахом.
    Вечерело. Наступил момент «мало ли что», после которого стали подтягиваться «случайные прохожие».  Через полчаса почти все места за столами были заняты. Нас посадили так, что жена оказалась справа от меня, а сват и сватья слева.
 
    Гости были веселы и нарядны, клички имели для слуха приятные и для ума интересные. Здесь были: Гриша Хам и Соня Хамка, Степан Дрыщ и Вера Шавка, Иван Бугай и Надя Зубатая. Без жен, «случайно проходя мимо», заглянули Иван Куцопалый, Мишаня Гундосый, Леха Вафля, Толя Лупатый и дед Петро по кличке «Секач». Свое прозвище дед получил из-за того, что у него был всего один зуб, который торчал наружу, и напоминал бивень кабана-секача.
 
    Из известных нам с женой блюд на столе не было: креветок тушенных с ростками бамбука, грибов сянгу в соусе из цветов хуанхуа, баранины с крыжовником и фасолью, форшмака из сельди с творогом и засахаренных фиалок из Тулузы. Остальное было всё! Оно стояло на столах и, в силу местного произношения, именовалось: мясо большими кусками с подливой, картошка пюре, мясо без подливы, салат как в городе, винегрет, котлеты, рыба купленная копченая, огурцы свои бочковые, огурцы свои маринованные, селёдка под шубой, колбаса своя домашняя, колбаса магазинная двух сортов, сало просто свое, сало свое копченое, сало свое с чесноком и укропом, окорок своего копчения, индейка резаная кусочками купленная, сыр нескольких видов под названием «сыр магазинский».
 
    На столе красовалось и несколько экзотических, для этих мест, блюд. Например, американский «гусь рождественский» здесь назывался «гусак, шо позавчора клюнув почтальона в глаз, зараза!» «Карп по-польски» именовался «рыбой, шо Васыль ловыв з Мишаней Гундосым». Из приправ были: соль, горчица, хреновина самодельная и перец стручковый.
    Спиртные напитки разнообразием не отличались: в кладовке стояло четыре ящика водки купленной и шесть трехлитровых банок «самогонки». Для нас с женой было припасено три бутылки вина и  бутылка шампанского для молодых. Достоинства всех известных в мире десертных напитков были сконцентрированы в сорокалитровом молочном бидоне и назывались «узвар».
    Управлялись на кухне и обслуживали гостей несколько женщин, соседок и родственниц  Стеганковых.
 
    Мероприятие, которое в сценарии именовалось как «официальная часть», началось!
    Слово взял наш грузин. Он снова рассказал тост про глупых птенцов и, спутав сегодняшнее сватовство со вчерашними крестинами, предложил выпить за здоровье новорожденного. Свою речь он закончил словами: «Клянусь мамой!» - про «зарэжу»  промолчал. Слушали его с раскрытыми ртами. Мне подумалось, что если бы мы привезли с собой негра, удивления он вызвал бы меньше, нежели грузин. Селяне посчитали, что грузин - причуда москвичей, что у богатых «так положено».
 
    Выпили. Мария Степановна пригласила:
    - Закусуйте, пожалуйста, не стесняйтесь.
    После третьей рюмки гости перестали стесняться и предложили хозяевам попросить «прохфессора сказать шо-нибудь умное». Я никогда не думал, что сказать несколько простых и "умных" слов окажется так непросто:
    - Друзья! - Начал я, - К сожалению, я не профессор, но, тем не менее, предлагаю выпить за родителей Светы, которые воспитали такую прекрасную дочь, э-э-э-э…, которая выходит замуж, вернее, на которой э-э-э-э…, женится наш сын, которого мы тоже воспитали э-э-э-э…, в общем -  за неё! За удачу, которая э-э-э-э...
    - А шо там у вас в Москве за пенсию слышно? Не собираются,  случайно, добавить? - перебил дед Секач.
    Гости цыкнули на деда. Выпили. К десяти часам вечера у собравшихся было то прекрасное настроение, когда все друг друга уважают, еще отличают вопрос от ответа и готовы поделиться с окружающими своими чувствами. После приличной дозы спиртного я чувствовал себя довольно неплохо. Сидящий рядом сват Василий коротко рассказал о некоторых из присутствующих. Оказывается, Надя вовсе и не родная жена Ивану Бугаенку, а живет у него «в прыймах». Еще я узнал, что у Толи Вафли слегка не все дома, что Леха Лупатый хорошо играет на баяне, Гундосый пришел потому, что без него вода нигде не святится, Гриша и Соня Хамовы были уважаемыми людьми, Степан Дрыщ и Верка  - так себе, а Вася Кабан пришел, чтобы подраться. Но, как заверил сват, - «хрен вин угадав!»
 
    - Мне кажется, что мы зря привезли этого грузина, - шепнула мне жена, - посмотри, что он, идиот, вытворяет.
Гармонист наяривал «барыню», а посреди комнаты, поставив стакан на тыльную сторону ладони, грузин танцевал лезгинку, стараясь не расплескать содержимое стакана. Это ему удавалось с трудом - уже третий стакан падал и разбивался.
    - На счастье! - торжественно сообщал он и добавлял:
    - Клянусь мамой, я его зарэжу!
    После таких слов просто невозможно было не выпить. Гости аплодировали и пили. К нам подошел сын со Светой и предупредили, что  уезжают - завтра у них в институте намечено что-то вроде студенческой вечеринки по поводу их предстоящего бракосочетания
    - А как же?.. - пыталась уточнить жена.
    - Мама, наше отсутствие даже не заметят! - успокоил Сергей. - Здесь считается, что водку можно  пить и без молодых! Так что вы не переживайте.
 
    Танцевать вышли во двор. Под навесом стоял невероятных размеров магнитофон с такими же огромными динамиками. Я пригласил Марию Степановну, Василий - мою Любовь Егоровну. Танцевали под очень громкую музыку. Приходилось наклоняться и кричать в ухо. Закончив танец, я галантно поклонился засмущавшейся свахе.
 
    С Василием пошли покурить в гараж. Там действительно стоял мотоцикл с коляской.
    - Удобно, если, например, мешок зерна украсть или подсолнухов нарезать... Ты не смотри, шо коляска маленькая - в нее, между прочим, пять мешков комбикорма влазит...
    - Это дело!!! - похвалил я трудягу-мотоцикл. Спрашивать, что такое комбикорм, не стал.
 
    Пригласили в комнату. Даже мне, курящему мужику, показалось, что накурено.  В самом конце стола грузин пытался убедить нескольких крепких ребят в том, что он не чеченец.  Ребята сомневались и требовали доказательств.
    По второму заходу пили без тостов. Моя жена сидела человек через шесть от меня, в компании Василия и нескольких его коллег. Улыбаясь от уха до уха, она пила «водку домашнюю». Рядом со мной оказалась массовичка и сваха Машенька. Сваха рассказывала, как вкусно умеет готовить Света:
    - Хоть что: хоть борщ, хоть холодец, хоть купорку на зиму. В общем - всё!!! Даже суп из кубиков умеет!  Я, пьяно улыбаясь, кивал и пытался приобнять массовичку. Она не противилась...Подошел Леха Лупатый и потребовал выпить за «дай Бог, шоб усё было как в рекламе про окей!».
Конечно, выпили! Я предложил спеть что-нибудь из Высоцкого. К сожалению, Василий ничего такого не знал, и мы с ним затянули «Бежит река, в тумане тает». Гости поддержали.
    
Боже мой! Как красиво я пел! Голоса своего я не слышал, но чувствовал, что пою душевно, может быть, даже лучше всех! Песня плавно перетекла в «Ой, рябину кудрявую...». Пока ее пели, выпили с массовичкой и каким-то очень уважаемым товарищем, который, несмотря на духоту, был в  зеленом пиджаке и фиолетовой шляпе. Пытаясь дирижировать, я чуть не опрокинул тарелку с подливой, грузин кричал о том, что без аджики даже абхазцы не женятся, а свою жену я вообще не видел. Леша Лупатый играл на баяне,  Толя Вафля подсел к массовичке и громко оповестил всех
присутствующих:
    - Ларысу Иванавну хачу! Как в кине, видали? Там один нерусский кадрил русскую деваху. Тю! Та вы шо, не видали? Я и то видал...
    Шум праздника пытался перекричать дед Секач. Обращаясь к Толе Вафле, он высказал свою догадку:
    - Толька!
    - Шо?
    - А я догадуюсь, чого ты такый дурный.
    - Ну, и чего?
    - А того, шо с тебя бабы увесь ум через одно место высосалы.... Гы-гы-гы.
    - Дед, ты сам дурак!
 
    К двум часам ночи «официальная» часть утвержденного сценария закончилась, и сватовство  вступило во вторую, «русско-народно-культурно-творческую» фазу. Она началась с вопроса Степана Дрыща:
    - А яка курва засунула мне за пазуху окурок?
    В принадлежности к древнейшей профессии никто не признавался. Степан пригрозил:
    - Узнаю - убъю.
    Я сидел рядом с Верой Шавкой и боролся с мыслями. Они в голове не помещались, ссорились и дрались за право первой попасть на язык, чтобы слететь с него словом. В этой нелегкой борьбе мысли клубились, цеплялись одна за другую, рвались и на язык попадали в виде не связанных между собой слов и фраз. Уже минут десять я пытался сказать красивый тост, но не мог вспомнить о чем. Вместо тоста я подарил Вере свою зажигалку и заколку от галстука. Она сказала, что не курит, но подарок приняла и разрешила зайти к в гости:
    - Ладно уж, заходьте при случае. Посидим, заколку примеряем. Знаем мы вас, городских - сами в районе два года живали!
 
    Сваха уговаривала:
    - Гости дорогие, вы не стесняйтесь, закусуйте!
    Василий предложил выпить:
    - Сват, а давай выпьем за то, шоб нас собаки боялись!
«Ооооооо!!! - полупьяный, я попытался проанализировать тост. - Это не  по-деревенски емкие и  мудрые слова! В них тайный смысл, это значит, что мы «хомо сапиенс», собаки находятся ниже…, эволюционная лестница, э-э-э-э…, в общем - ёханый бабай!»
 
    Напротив меня сидел злой Иван Куцопалый и двигал желваками. Он медленно обводил взглядом присутствующих и у некоторых интересовался:
    - А ты давно в чужих руках не усирался?
Выпили... Давление на мочевой пузырь увеличилось.  По настоятельному совету уважаемого типа вышли «до ветру». Не отвлекаясь на поиски туалета, мы с уважаемым, то ли агрономом, то ли зоотехником, справили  нужду возле ворот. Чтобы никто не увидел, мы сделали это со стороны улицы. Уважаемый тип спросил:
    - Ты знаешь, кто я?
    - Знаю, ты председатель!
    - Нет! Я - Гена! Для тебя - просто Гена! - И ради знакомства предложил:
    - Хочешь, племенного быка покажу?
    - Зачем?
    - Да ты шо??? Будешь потом всем рассказувать, нехай завидують! Айда, глянешь!
    Смотрины быка мы решили отложить на потом, а пока пошли выпить за знакомство и ради уважения друг к другу! Вечер был тихий, по-весеннему теплый. Сватовство шло своим чередом. Кто-то ушел сам, кого-то увели, но количество гостей, как мне показалось, не уменьшилось, а даже увеличилось. Во дворе танцевали уже под маленький двухкассетник - большой магнитофон от перегрева сломался. Я увидел жену - она танцевала босиком, нимало этого не смущаясь. Подошел  сват, пригласил в дом.
    Зашли, выпили. Не помню по какому поводу, но точно помню, что я бил себя в  грудь и кричал:
    - На том свете тоже жизнь есть! Я читал, я знаю! Главное - не испугаться черной трубы.
 
    Потом еще выпили и уважаемый Гена ушел, извинившись:
    - Пойду спать, а то блевать тянет.
    Я с ужасом обнаружил свою руку у массовички под кофточкой. Она то ли плакала, то ли улыбалась, грозила мне пальчиком и стыдила:
    - А вы не верили!!! Всё по сценарию, все чин-чинарём!!!
Праздник продолжался. Женщины под баян пели частушки, Иван Бугай и Миша Гундосый, освободив край стола, боролись на руках, а Гриша Хам и Соня Хамка «закусували». Степан спал  прям туже за столом, а  Вера Шавка выводила:
    - Ой, мороз моро-о-о-о-о-з...
    Ко мне подсел дед Секач и предложил поговорить о политике:
    - А скажыте мне, уважаемый, як по-вашему - кынуть на них бомбу щас, чи ещё трошкы пидождать? Ты бачиш, шо воны, сукыны сыны, творять, га???
    - Кто?
    - Тю! Як цэ, хто? Американьци!
    Я убедил деда с бомбой не спешить. Затем мы немного поговорили об  НЛО, которые он частенько «бачив над хатой бабы Гапки», и в конце дискуссии решили выпить.
    По совету деда Петра,  заедали бочковыми огурцами, макая их в горчицу самодельную. Закуска понравилась.
    Ко мне подсела наша массовичка и предъявила ультиматум:
    - Как хотите, но плату за сценарий надо удвоить. Да! Потому что  всё идет по плану. Да! А план без драки редко кому удается! Да!!!
    В этот момент в комнату вошла жена. Она была босиком, пьяно  улыбалась и предлагала всем понюхать ее правую руку. С радостью она сообщила, что наконец-то нашла навоз. Оказывается, за сараем его целая куча и она в него чуть не упала!
    - Коровий, - определил дед Секач, понюхав руку жены, - свежий!
 
Василий предложил выпить за мою Любовь Егоровну, ее молодость, ум и красоту. Я пытался пропустить этот тост, но жена настояла:
    - Ни фига подобного!!!
 
    Выпили. Жена с массовичкой ушли танцевать, а мы со сватом спели  «Ой, полным полна коробушка» и, поддерживая друг друга, попытались выйти во двор, чтобы  показать народу, как правильно танцевать твист. Вышли. За сараем били грузина, он даже не кричал.
    Я присел на ступеньки крыльца и почувствовал, что куда-то проваливаюсь. Тошнило. Сват понял мое состояние и указал направление к туалету:
    - Это туда.
    Двигаясь в темноте рывками и зигзагами, стараясь не упасть, я направился к предполагаемому туалету. Открыл дверь и сделал шаг. Земля ушла из-под ног  и мое тело провалилось в бездну.
 
                                                        *******
 
    Очнулся я от холода. Открыл глаза и ничего не увидел - вокруг был первозданный мрак. Попробовал закричать - не смог, губы слиплись и звук не проходил. Я ощущал себя в горизонтальном положении, лежа на предметах, похожих на крупную морскую гальку. Я решил, что умер, и стал вспоминать, кем был и как умер. Вместо биографии в моем сознании стали  проплывать картинки из Книги Мертвых. Гипотезы тибетских философов о жизни после смерти в моем мозгу становились фактом, и по всему выходило, что нахожусь я в тоннеле, по которому моя душа движется к свету. Попробовал встать - не получилось, тоннель был низким и моя душа то и дело ударялась головой о потолок, отчего тело вновь принимало горизонтальное положение. Морская галька по вкусу напоминала сырую картошку.
    Как мне показалось, по тоннелю я летел долго. Примерно до обеда. Свет возник внезапно - он исходил откуда-то сверху, слева. Я был уверен, что сейчас должна появиться белая фигура, окутанная голубым светом, и мое тело окажется в объятьях Божьей Матери. После этого, согласно книге, я стану Белым Буддой!
    Фигура действительно появилась и, спустившись по ступеням мирозданья, приблизилась ко мне. В сознании отчетливо вспомнилось основное наставление авторов «Книги мертвых»:  "Вспомни имя Господа нашего! Выкрикни это имя Князю Смерти! Побори страх, будь искренним! Упустишь эту возможность - тебя ждет беспамятство очередного воплощения"
    Я постарался побороть страх и, чтобы услышал Князь Смерти, изо всех сил закричал:
    - А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!
    Фигура, окутанная светом, начала медленно оседать и, приняв горизонтальное положение, скатилась к моим ногам. Присмотревшись, я узнал сваху Марию,  сжимающую мертвой хваткой  большую алюминиевую миску для огурцов. На всякий случай я произнес еще одно заклинание:
    - Сгинь!
    Я, не имеющий понятия, как правильно креститься - перекрестился и, переступив через тело свахи Марии, пошел к свету.
 
                                                             *****
 
    У «врат рая», которые оказались выходом из погреба, меня встретил теплый летний день и хозяйская дворняга, она виляла хвостом и смотрела  добрыми глазами.
    Я присел, обнял собаку и сказал ей слова, которые  даже жене говорил нечасто:
    - Боже мой! Как я счастлив тебя видеть!!!
 
                                                            *****
 
    Прощаясь, не в силах побороть любопытство, я спросил:
    - А как гусак мог клюнуть почтальона в глаз?
    Мария Степановна пояснила:
    - А почтальон був пьяный як свынья и упав у нас возле двора,   а  гусакы пьяных не любят.
 
                                                            *****
 
    На подлете к Москве массовичка поинтересовалась:
    - А свадьбу по сценарию не желаете?
    - Нет-нет!!! - поспешила с ответом жена. - Мы без сценария, по-простому! Мы теперь почти   деревенские.
    - Да, - согласился я, - навозом пахнем!
    Жена не удержалась и съехидничала:
    - И даже знаем, что такое погреб!
    - Представь себе, знаем!
    - Ну и славненько!
    - А как же? Конечно, славненько!
    Грузин, прикрывая платком заплывший глаз, с особым остервенением пообещал:
    - Клянусь мамой, я его зарэжу!!! - И дабы окончательно убедить нас в серьезности своего решения, добавил:
    - Честный слово, мамой клянусь!!!
    Подлетали. Стюардесса объявила погоду - в Москве лил дождь.
            
 
         © Copyright Отришко Н.А.